Мы в прессе

19.02.2021

Во сколько пандемия обошлась белорусской экономике и кто за это заплатит?

Без малого год назад в нашей стране зафиксировали первый случай заражения коронавирусом. Экономика Беларуси «заразилась» коронавирусом в конце марта 2020 года. Результаты опроса SATIO показали: в конце первого месяца весны почти каждый второй белорус ощутил на себе снижение доходов. Люди начали бояться падения зарплат, дефицита продуктов и товаров первой необходимости.

Первыми «ковидный» удар приняли на себя работники из сферы услуг, зарплата которых привязана к выручке. Потом недополучили ожидаемые бонусы и премии работники различных предприятий.

В мае и начале июня вирус захватил сферу промышленности из-за того, что на карантин ушла Россия — наш основной рынок сбыта. Часть из тех, кто работал на заводах, переходили на неполную неделю либо отправлялись в отпуск за свой счет. Летом ситуация немного выровнялась.

Катерина Борнукова, академический директор Центра экономических исследований BEROC, рассказывает, сколько денег наша страна потеряла из-за вспышки коронавирусной инфекции и какое будущее нас ждет.

— Вторая волна коронавируса не так остро повлияла на экономику Беларуси, как первая. В сентябре 2020-го ситуация начала более-менее выравниваться. Несмотря на то, что большинство людей продолжали говорить о сокращении доходов в реальном выражении, ситуация на рынке труда улучшилась.

По данным опроса BEROC, в сентябре всего 5% опрошенных находились в неоплачиваемых отпусках или работали неполную неделю — против 10% в мае. Но это не значит, что теперь все хорошо и прекрасно. В ноябре мы делали опрос и увидели, что у 46% людей доходы снизились и ожидания очень негативные. Многие считают, что падение доходов продолжится, ситуация с безработицей ухудшится.

Сколько денег потеряла страна и на чем будут экономить?

Чтобы посчитать сумму, которую потеряла Беларусь из-за пандемии, экономист предлагает посмотреть на недобор бюджета страны.

— За 2020-й доходы консолидированного бюджета составили 34,9 миллиарда рублей. Недобор составил 4,6 миллиарда рублей. Для экономики в целом потери тоже большие. ВВП упал на 0,9%, это 1,3 миллиарда рублей. Это и есть деньги, которые мы потеряли, — объясняет Борнукова.

По данным Минфина, за 2020-й госдолг Беларуси увеличился почти на треть: с 44,8 миллиарда рублей до 57,8 миллиарда.

Также из-за «ковида» появились дополнительные бюджетные расходы: государство потратило 1,6 миллиарда рублей на поддержку экономики в связи с пандемией.

Из-за недополученной прибыли вырос внешний долг, и мы будем его отдавать с большими процентами. Теперь придется ужимать некоторые расходы.

— Мы видим, что государство пытается поднять налоги для IT-специалистов. Отменили часть льгот по НДС — на лекарства и часть детских товаров, а это фактически урезание социальных благ. По республиканскому бюджету уже видно, что будут сокращаться расходы на жилищно-коммунальные услуги и жилищное строительство. Это значит, что, скорее всего, строить за счет государства станут меньше. Мы слышим разговоры о том, что декретный отпуск сократят до 2 лет, хотя неизвестно, материализуется это или нет, да и не факт, что решение неправильное. Все это тоже наверняка спровоцировано недостатком средств в бюджете, — заключает эксперт.

Карантина у нас не было. И что?

— Очевидно, что, если бы мы уходили на карантин, как другие страны, Беларусь могла бы потерять еще больше. Но даже и без карантина мы пострадали достаточно серьезно, поскольку у нас открытая экономика, которая во многом завязана на экспорт, а не на внутренний рынок. В 2020-м наши предприятия производили больше, чем нужно. Они накапливали убытки и, чтобы финансировать, набирали долги. И сейчас это будет их угнетать, они будут платить по счетам вместо того, чтобы вкладываться в развитие.

Ситуация, которая наблюдается сейчас в Беларуси из-за «ковида», несравнима с кризисом 2015—2016 года, — говорит Катерина Борнукова. — В те времена падение ощущалось сильнее, чем сейчас. Если рассматривать ситуацию в моменте, то сейчас нам легче. Но из предыдущего кризиса мы вышли с гораздо более здоровой структурой экономики, прошла определенная консолидация бюджета, поменялась монетарная политика. Поэтому в 2017, 2018, 2019-м экономика шатко-валко, но росла.

— Сейчас у нас новый набор проблем. Монетарная политика парализована и не имеет места для маневра: придется выбирать либо девальвацию, либо зажимать ликвидность, то есть не давать кредиты. На предприятиях большие проблемы из-за долгов. Мы накопили множество внутренних проблем. В частности, у предприятий не очень хорошее финансовое состояние, они в долгах. Это отразится на том, как мы будем восстанавливаться — экономика Беларуси будет расти медленнее, чем у других стран, — отмечает экономист. — Да, вторая волна «ковида» для нас ощущается мягче, с осени мы увидели восстановление экономики. Но, судя по данным Белстата по сокращению ВВП, в декабре оно остановилось. Теперь больше играет роль политический кризис, который, судя по всему, разрешаться не планирует.

Источник: Кристина Сухаревич

Мнение, озвученное в статье, может не совпадать с мнением BEROC. Мы не несём ответственности за содержание статьи.